Часть вторая

Одноклассницы сразу заметили художественное оформление моих ногтей.

Не только заметили, но и ухитрились прочесть.

— Кто эта Тамара? — спросила меня Женя, соседка по парте.

— Какая Тамара? — притворно удивился я и почувствовал, что краснею.

— Которую ты увековечил на своих ногтях, — улыбнулась девушка.

— А! Это с прошлого года не могу отмыть, — попытался отшутиться я.

— Крепкая зазноба! — рассмеялась Женя.

— Почему это? — не понял я.

— Ну… Раз с прошлого года отмыть не удаётся, — ответила Женя.

Действительно, никогда в жизни я ещё не был так сильно влюблён.

Прежде я влюблялся часто, но, бегая за одной девчонкой, не считал зазорным время от времени подумать и о другой.

Тамара не давала мне такого шанса.

Я думал только о ней. Только о ней.

Прежде, в восьмом классе, я сидел за одной партой с Лёшкой, но он, перейдя со мной в другую школу, оказался в параллельном классе и как-то так получилось, что моей соседкой по парте стала Женя — улыбчивая и немного полноватая девушка.

Что интересует юного девятиклассника, когда он впервые смотрит на девушку?

Правильно — её ножки.

Но, странное дело, я поймал себя на мысли, что ножки Жени меня почти не волнуют.

Девушка вела себя весьма непринуждённо, она запросто прижималась ко мне своим упругим, теплым бедром, вроде, по делу: то одно ей было непонятно, то другое.

Мне ничего бы не стоило, словно невзначай, положить ладонь на её бедро, которое было лишь наполовину прикрыто короткой школьной формой. Уверен — это не вызвало бы скандала.

Ну, убрала бы она мою лапу — и всё.

А в зависимости от того, как именно она это сделала, я решал бы, повторить свою выходку или обратить всё в шутку.

Но я не делал этого.